Борейко о Дунайском заповеднике: ложь и перекручивание фактов

Я не отвечал на всевозможные утверждения Борейко относительно нашего заповедника, зная, что это бесполезно и, главное - времени жалко. Однако наши сотрудники и Дунайская ассоциация рыболовецких хозяйств убедили меня, всё-таки, ответить на последнюю рассылку о рыболовстве в заповедной зоне, учитывая и то, что она идёт в контексте информации о суде. Так же важно было и то, что часть цифр, которые приводит Борейко, публичны, и их легко проверить. Ведь мне часто жаловались директора и сотрудники заповедников, что Борейко такие цифры берёт "с потолка" или грубо подтасовывает. Поэтому я также предоставляю С. Шапаренко сканированные копии некоторых документов - для желающих ознакомиться с ними. Также прилагаю и нашу детальную (на 11 стр.) официальную справку о рыболовстве в заповедной зоне, которую мы готовили в прошлом году - для желающих более детально узнать о разных процессах в дельте.

Теперь по пунктам:
1. Борейко пишет: "Если в 1999 г., согласно лимитов, там было выловлено 120 тонн рыбы, то в 2012 г. Минприроды Украины согласовало заповеднику уже 1217 тонн рыбы".
Непосвященный читатель может подумать, что мы сами вместе с Минприроды запланировали увеличение уловов в 10 раз. Однако лимит – это только предполагаемый вылов, а реальная добыча может быть меньше во много раз, особенно для сельди.
Для меня совершенно непонятно, на основании чего Борейко утверждает, что в 2012 году Минприроды Украины согласовало заповеднику лимит на 1217 тонн рыбы. Минприроды нам утвердила 21 февраля 2012 года лимит №572/09/3-2012 на 619,2 тонн рыбы.
Реально же было выловлено 268 т рыбы, лимит был выполнен на 43,3% (копию нашего письма в Департамент заповедного дела Минприроды от 11.01.2013 года №5, таблица 2.1 тоже прилагаю). Эти данные можно перепроверить и в Агентстве рыбного хозяйства, куда направляют свои отчёты органы рыбоохраны.

Уловы рыбы в Дунае зависят, в первую очередь, от урожайности поколения трёхгодовиков дунайской сельди, и может очень резко варьировать по годам, отличаясь в десятки раз. За последние 63 года имеющейся достоверной статистики (в период с 1950 года по 2013 год) средний улов сельди составил 343 тонны, варьируя от минимального - 18 тонн в 1999 году, до максимального - 1206 тонн в 1975 году. Примечательно, что именно этот исторический минимум 1999 года Борейко и взял для сравнения из нашей таблицы 3.9.1.2 на стр. 478 "Проекта организации территории и охраны природных комплексов Дунайского биосферного заповедника" (далее Проект), хотя на предыдущей стр. 477, мы указываем, что эта цифра является минимальной. Необходимо подчеркнуть, что отдельной статистики по разным зонам заповедника не существует, вся рыба свозится в г. Вилково.
Такие колебания уловов характерны для семейства сельдевых по всей планете, потому что промысел базируется на одном доминирующем поколении и детально о дунайской сельди можно посмотреть в моей статье в газете нашего заповедника "Дельта и человек" № 1-2 от 2 апреля 2004 года.
Таким образом, Борейко взял реальный исторический минимальный улов, сравнил его с гипотетическим, да ещё и увеличенным в два раза лимитом, и пытается обвинить заповедник и Минприроды Украины в увеличении уловов более чем в 10 раз.

2. Борейко пишет: "Так в рыболовные сети в заповедной зоне попадает 35 видов животных, занесенных в Красную Книгу Украины. Из них – 22 вида рыб. При этом только нецелевой вылов стерляди (при попадании в сети) в украинской части Дуная составляет 200 кг в год. (Бушуев, Чащин, рукопись)".

Заповедная зона Дунайского биосферного заповедника (далее - ДБЗ), включая однокилометровую полосу Чёрного моря, расположена вдоль моря, и ее ширина составляет в среднем около 7 км. Борейко, специально или не зная, пишет обо всей "украинской части Дуная", длина которой составляет 172 км, и об этом мы пишем в Проекте на стр. 396. Стерлядь является туводным, т.е. непроходным видом осетровых, который в море и в приморскую часть дельты не выходит, и об этом можно везде прочитать.
В этих местах часто встречаются ее сеголетки длиной 8-10 см во время ската, а взрослые особи встречаются очень редко. О редкости стерляди пишется и в Проекте, о тщательной работе с которым ранее писал Борейко, на стр. 798. Также в нашей капитальной монографии "Біорізноманітність Дунайського біосферного заповідника, збереження та управління" (Київ, Наукова думка, 1999, 702 с.), в аннотированном списке на стр. 564 этот вид также приводится как "редкий". Взрослые особи стерляди чаще встречаются уже выше г. Килии, т.е. после 47 км Дуная. Об этом также говорит и Сергей Генрихович Бушуев, которому я специально позвонил по этому поводу. Он не знает о какой именно рукописи идет речь, а Борейко конкретными ссылками себя не утруждает.

3. Борейко пишет: "Кроме этого в сети в заповедной зоне попадает 12 видов птиц, не являющихся редкими. Среди них особенно часто в сети попадает хохлатый нырок и лысуха. Их общее количество может доходить до десятков тысяч особей в год".

Такого вида как хохлатый нырок вообще не существует в природе. Борейко, вероятно, имел ввиду другой массовый вид нырковых уток - хохлатую чернеть (украинское название "чернь чубата"), которая действительно попадает в сети за пределами заповедника, в Сасыкском водохранилище.
В Департаменте заповедного дела Минприроды лежат наши "Летописи природы", в которых (в таблицах 5.2.2.5. и 5.2.2.6) в которых можно ознакомиться с реальной численностью хохлатой чернети и лысухи.
Средняя численность чернети за последние 5 лет (2009-2013 гг.) по всей территории ДБЗ, а не только заповедной зоны, составила зимой 4970 особи. Хохлатая чернеть у нас вообще не гнездится и появляется обычно с конца ноября по март, т.е. является зимующим видом.
В зимний период рыболовство ставными сетями и вентерями минимально из-за погодных условий и ледостава в озерах и кутах. Рыбаки работают больше плавными сетями в русле. Кроме того, в последние годы разрешительные документы на рыбную ловлю оформлялись не ранее марта.
Однако главное, что чернеть держится на тех открытых участках моря, где сети не ставятся и реальные случаи её гибели буквально единичны за все годы наших наблюдений. Такие факты изредка бывают за пределами заповедной зоны в Жебрияновской бухте Чёрного моря в сетях для лова камбалы - глоссы.
Средняя численность лысухи за этот период составила по данным августовских учетов (во время пролёта) 4250 особей, а январского – 282 особи.
Как же относиться к утверждениям Борейко о десятках тысяч особей, только попадающих в сети и только в заповедной зоне, при такой их общей численности по всей территории заповедника?

В заповедной зоне хохлатая чернеть
встречается преимущественно
в прибрежной части Черного моря

4. Борейко пишет: "По рассказам очевидцев рыбаки из Вилкова на базарах продают сотнями попавших в сети в заповеднике птиц".
На самом же деле рынок в Вилково всего один, и в середине 80-ых годов (в меньшей мере, в начале 90-ых) ХХ века на базаре действительно продавали птиц, погибших в сетях, но не в заповеднике, а в Сасыкском водохранилище. Тогда там, после его опреснения в 1980 году, наблюдался пик биопродукционного потенциала, были максимальные уловы рыбы и выставлялось большое количество ставных сетей, что совпадало и со скоплениями птиц, и их приловом в сети. Потом продуктивность Сасыка упала, а промысел рыбы больше перешел на активные орудия лова – обкидные и закидные неводы, где гибели птиц нет, и соответственно последние 20 лет их нет и на нашем базаре.

5. Борейко пишет: "В сети попадает также 3 вида краснокнижных млекопитающих, 1 вид земноводных и 9 видов краснокнижных птиц".
Из краснокнижных видов земноводных у нас обитает единственный вид – дунайский тритон. Совершенно очевидно, что при минимальной ячее ставных сетей 45 мм это небольшое земноводное просто не может в них попасться, а, кроме того, тритоны просто не обитают на открытых участках водоёмов, где ставятся сети.

Местообитания тритонов –
мелководные водоёмы со стоячей
или слабопроточной водой

Борейко придумывал эти обвинения, даже не задумываясь о том, что он пишет. Кстати, это относится не только к выдуманным цифрам и огромному количеству опечаток (или грамматических ошибок?) в его текстах, что просто свидетельствует о неуважении ко всем нам, но и к самому стилю изложения. Посмотрите сами, какую печальную участь он мне придумал в своём интервью от 04.11.2014 года уже легендарному Казимиру Савицкису, цитирую: "В результате руководство Аграрной академии Украины, которой подчинена Аскания, поддержал наше предложение создать в незаповедной зоне Аскании новый большой вольер и перевести туда экзотических копытных. Вскоре такая же участь коснется и другого "заповедного латифундиста" - директора Дунайского заповедника Волошкевича".

6. Я прокомментировал только цифры, абсурдность которых очевидна, и которые легко перепроверить. Касательно других данных, если их так можно назвать, то за 35 лет работы в дельте я такие цифры читаю и вижу впервые, и не представляю, каким образом их вообще можно получить, и кто реально мог бы это сделать. Борейко, ссылаясь на В. Ловчиновского, пишет о каких-то анонимных одесских орнитологах. Однако на нашу территорию за последнее десятилетие приезжал из Одессы только Алексадр Гайдаш для совместных орнитологических учетов с нашим орнитологом Максимом Яковлевым. Может быть, Владимир Евгеньевич может назвать конкретно какие-то фамилии, где и, главное, как были получены такие данные?

Однако когда приезжают сотрудники других учреждений, мы всегда это знаем, на въезде в озера (куты) и морские мелководья расположены кордоны наших инспекторов, и, кроме того, это зона пограничного контроля. Обнаружить орудия лова и осматривать их без рыбаков тоже непросто, а для незнакомых рыбакам людей, без соответствующих полномочий и документов, и небезопасно.
Откуда же вообще взялась эта странная статистика? Как после такой очевидной клеветы можно верить цифрам Борейко по другим заповедникам?

7. По сути самого рыболовства в заповедной зоне.
Яркой особенностью дельты Килийского гирла является ее динамичный рост. Город Вилково был основан в 1746 году в 2 км от моря, а сейчас это расстояние составляет от 16 до 25 км. Дельта формировалась под постоянным влиянием рыболовства, которое является средообразующим фактором (детально об этом в пунктах №5 и №13 прилагаемой справки).
При создании первой заповедной зоны в 1967 году в ней предусматривалось рыболовство, сохранялось оно и в природном заповеднике "Дунайские плавни", а при организации уже ДБЗ и расширении акватории в Указе Президента Украины указано "с сохранением традиционного промысла рыбы" (см. Справку).
К слову, Борейко давал мне то 4-ое место в рейтинге врагов заповедников Украины, то почему-то переводил меня уже на 8-ое место за якобы организацию промысла рыбы в заповедной зоне. На самом деле я не мог его организовывать, так как в 1967 году мирно ходил во второй класс и не подозревал об организации заповедника.

Сейчас, после закрытия всех крупных промышленных предприятий г. Вилково, рыболовство является основным занятием местных жителей, и запретить его просто нереально. Фактически, Борейко пытается подтолкнуть нас к перезонированию ДБЗ. Однако здесь совершенно другие масштабы вывода территории со статуса заповедной зоны (по сравнению с Асканией-Новой), и сделать это и невозможно, и нецелесообразно (более детально в пунктах №10 и №11 Справки).

8. В заключение хотелось бы в целом дать оценку цифрам Борейко в его рассылках, и посоветоваться, что же всем нам делать дальше в контексте некоторых призывов в рассылках обращаться в таких случаях в суд.
Когда, например, Борейко пишет, что лимиты по туризму в Карадагском заповеднике превышались в 135 раз, зарабатывалось 25 млн. гривен, и из них 99% было украдено, он ведь хладнокровно представляет, что Алла Леонтьевна Морозова не будет ездить судиться в Киев из оккупированного Крыма. Напомню, что согласно нашего законодательства такой суд должен быть по месту расположения ответчика, т.е. Борейко.
Вряд ли сможет это сделать и В. С. Гавриленко с его огромными заботами – ведь в отличие от других директоров заповедников, ему еще надо содержать и кормить животных, и я знаю, сколько ему достается.
В рекомендациях недавнего международного семинара "Развитие системы биосферных резерватов в Украине" (Ужоцькі рекомендації – 2014 р., 1-3 жовтня), в контексте той кампании, которая была развёрнута против заповедника Аскания-Нова Борейко, единогласно и очень горячо было принято решение: "Поддержать результаты деятельности биосферного заповедника им. Ф.Э. Фальц-Фейна и его директора В.С. Гавриленко".

Я абсолютно согласен с мнением в письме В. Гавриленко о том, что работу директора заповедника Борейко бы просто не вытянул. Сейчас он живет по принципу "Не умеешь сам – учи другого". Вместе с тем определенная логика есть и в письме Алексея Бурковского от 07.11.2014 в защиту Борейко о том, что он сделал и много положительного, хотя все надо рассматривать в общем балансе, и учитывать весь тот вред, который уже принёс Борейко и неустанно продолжает приносить.
Однако я хочу подчеркнуть другое - в результате вот таких действий Борейко искусственно создает баррикаду, по одну сторону которой он - циник и клеветник с дезориентированными им людьми, а с другой – профессионалы своего дела, которые ежедневным практическим трудом удерживают ПЗФ нашей державы в такое сложное и непростое время. Такая война на руку, как браконьерам, так и различным противникам заповедности. Это я знаю по своему опыту, и это еще один из аспектов вреда, наносимого Борейко.
Ведь лично он, когда просто сидит и придумывает очередную клевету, цинично знает, что пишет неправду, но спокойно идет на это, и тем самым вбивает клин в наше природоохранное сообщество.

Мне, чтобы поучаствовать в каком-то мероприятии в Киеве, необходимо потратить 2 или 3 дня, в зависимости от часа его проведения, и найти немалые для нас деньги на командировку. У меня есть большой опыт участия в судебных процессах, в том числе и положительный по компенсации морального ущерба. Я знаю, как часто ответчики просто не приходят на судебные заседания, заболевают судьи, (а истцов, как правило, они не предупреждают), или судебное заседание откладывается по другим причинам.

Борейко надо просто пересечь несколько улиц, чтобы оказаться в суде, а директору заповедника надо пересечь пол-Украины. Директор заповедника несет полную единоличную, в том числе уголовную, ответственность за охрану вверенной ему территории. Борейко же, в отличие от каких-либо конторских служащих, даже не отвечает за сохранность своего рабочего стола с ручкой.
Однако главное, в чем я на своем личном примере убедился, и в этом согласен со многими публичными лицами, что время и нервы, потраченные на такие суды, не стоят их результата и лучше этим вообще не заниматься.
Я лично думаю, что правильно сделали те мои коллеги, которые просто отказались от рассылки Борейко и говорят, что без этого экологического спама они сохраняют свое время и нервы. У нас же в коллективе и среди нашего круга общения, мнения по этому поводу разошлись.
Мы будем искренне благодарны всем, кто посоветует, что надо делать в подобных случаях. Дело не столько в Борейко, Бог ему судья, а в целом с подобными публикациями и телепередачами.

С уважением А. Волошкевич, директор ДБЗ
*
____________________

КОНТАКТ:
Александр Волошкевич, Дунайский биосферный заповедник: reserve@it.odessa.ua

Подготовлено ЭкГ "Печенеги".
При использовании материалов бюллетеня просьба ссылаться на источник.

v:8587

"Заседание суда в защиту дикой природы Дунайского заповедника"

В общем, возразить на конкретные вопросы А. Волошкевича нашему могучему кентавру абсолютной заповедности нечего – прикрылся надеждой на букву (не на дух!) закона. А ведь до сих пор, до конкретных обвинений в свой адрес, с удовольствием умничал о ситуации в заповеднике, как там ужасно и коррупционно - а теперь "спорить с директором Дунайского биосферного заповедника Волошкевичем в рассылках бесполезно"! Ну-ну.
Что ж – будем ждать дальнейших судебных заседаний. Кстати, суд дирекцию заповедника к участию в процессе привлек по ее собственному ходатайству.

С. Шапаренко, ЭкГ "Печенеги".

---------- Forwarded message ----------
From: kekz-office
Date: 2014-11-18 15:58 GMT+02:00
Subject: [Eco-SNG] суд по Дунайскому заповеднику
To: eco-sng@ewnc.org

Заседание суда в защиту дикой природы Дунайского заповедника
 
18  ноября 2014 г. состоялось очередное заседание Окружного административного суда г. Киева по иску Киевского эколого-культурного центра и Экоправо-Киев против Минприроды Украины с целью закрытия  рыболовства в заповедной зоне Дунайского биосферного заповедника. На суде было принято решение привлечь к участию в судебном процессе дирекцию Дунайского биосферного заповедника.
 
Комментарий директора Киевского эколого-культурного центра, Заслуженного природоохранника Украины Владимира Борейко
 
Спорить с директором Дунайского биосферного заповедника Волошкевичем в рассылках бесполезно. Я ему говорю, что нужно соблюдать Закон и не ловить рыбу в заповедной зоне, а он мне про рыболовецкие артели и дунайскую селедку. Думаю, пришло время перевести наш спор в судебное русло.
 
Пресс-служба КЭКЦ

Теги

Вход в систему

__________track masteringtrack mastering

_______Яндекс.Метрика